Сатирические журналы 1904 — 1906 годов, статья

– Рост оппозиционного и революционного движения, резко обозначившийся с конца 1904 г., получил своеобразное выражение в русской сатирической журналистике. После кратковременного расцвета “обличительной литературы” (1857-1864) в наших сатирических журналах водворился беспринципный юмор, приспособленный ко вкусам самых невзыскательных читателей.

Цензурные тиски вытравили всякое общественное содержание из юмористических журналов. Московский “Будильник” пытался влить живую струю в свои остроты, но вынужден был говорить непомерно сдавленным голосом. Только в первой половине 1905 г. администрация передвинула на несколько шагов барьер, отделявший дозволенное от воспрещенного. Политическая сатира, идя по стопам серьезной публицистики, поспешила воспользоваться изменившимся положением. 5 июня появляется первый № еженедельного журнала “Зритель”, открывшего сатирический поход против бюрократии и темных сил, поддерживающих ее господство. Ред.-издат. журнала состоял Ю. К. Арцыбушев; в состав редакции входили Г. Е. Гинц, И. Я. Каган, Н. И. Фалеев.

Давление цензуры накладывало очень заметную печать на выбор тем и способы их трактовки. Вершины бюрократического строя оставались вне площади, подвергнутой обстрелу. Крупнейших событий приходилось касаться с большой осторожностью. На повторявшиеся так часто избиения обывателей приходилось только намекать картинками (казак, скачущий на коне, с сигнальным рожком в руке, или городовой, производящий на полицейском дворе смотр дворникам и мясникам). Статьи написаны по преимуществу эзоповым языком; чем глубже проникали стрелы сатирика, тем сильнее приходилось окутывать туманом сценки и рассказы. Много места уделялось поневоле обличению неофициальных защитников полицейского строя, редакторов и сотрудников рептильных органов печати.

При всей своей вынужденной сдержанности “Зритель” сразу завоевал, однако, симпатии широких кругов. Общество, пресытившееся плоским остроумием “дореформенной” юмористики, радостно встречало первые проблески гражданской сатиры. Тираж некоторых номеров “Зрителя” доходил до ста тысяч. По выходе 17 № (2 окт.), журнал был приостановлен. Возродился “Зритель” 30 окт., после манифеста, и уже в новом виде: по постановлению союза в защиту свободы печати первый №, вышедший после приостановки, не был представлен в цензуру. Начиная с этого № “Зритель” направляет прямые удары в область, которая была совершенно недоступна для легальной печати месяцем ранее. На его страницах появляются главные столпы бюрократии, наиболее яркие представители первого “конституционного” кабинета и стоящей за его спиной камарильи. Начинают выходить и другие сатирические журналы нового типа: 30 октября возникают “Стрелы” (ред.-изд. И. М. Кнорозовский), с заголовком, заимствованным из знаменитого приказа Трепова: “Сотрудникам дан приказ: патронов не жалеть и холостых залпов не давать”.

13 ноября вышел первый № “Сигнала” (ред.-изд. К. И. Чуковский); в тот же день появился “Пулемет” Н. Г. Шебуева. 26 ноября вышли журналы: “Бурелом” (ред.-изд. Г. П. Эрастов) и “Свобода” (изд. С. Н. Чепурный, ред. С. М. Усас и А. М. Гутьяр). За ними следовали “Дятел”, под ред. Евг. Сно, “Жупел” (изд. С. П. Юрицын, ред. З. Н. Гржебин). В декабре начинается лихорадочное увлечение сатирическими изданиями. Чуть не каждый день появляются новые журналы, по несколько одновременно. За отсутствием в то время точной регистрации произведений печати нет возможности дать исчерпывающий их список. Вот перечень С.-Петербургских сатирических изданий, на выпуск в свет которых были выданы свидетельства до 1 ноября 1906 г.: “Адская Почта” (изд. Е. Е. Лансере, ред. И. Н. Троянский); “Арабески” (изд.-ред. А. А. Фалеева); “Бич” (ред.-изд. Г. М. Любарский); “Буревал” (изд. М. Я. Касаткина, ред. А. К. Касаткин); ” Вампир” (изд. М. Я. Гидалевич и М. Г. Городецкий, ред. Б. А. Котловкер); “Волшебный фонарь” (изд. К. А. Четвериков, ред. И. Н. Потапенко); “Водоворот” (ред.-изд. С. Н. Мендельсон); “Всемирный юмор” (изд. М. А. Лакшин, ред. В. К. Панченко); “Гудок” (ред.-изд. И. М. Абаза); “Гвоздь” (ред.-изд. И. М. Муравкин); “Девятый вал” (изд. С. И. Чепурный, ред. А. И. Ярыгин); “Дикарь” (ред.-изд. Я. Д. Синицын); “Журнал Журналов” (изд. Д. П. Христич, ред. Н. П. Малиновский); “Жало” (изд. Е. Н. Гулинова, ред. А. В. Соколов); “Жгут” (изд. E. H. Блинова, ред. А. В. Заикин); “Забияка” (изд. Л. М. Зузерович-Клебанский, ред. В. А. Забелин); “Зеркало” (ред.-изд. В. В. Панкратьев); “Знамя” (ред.-изд. А. К. Галачев); “Зарницы” (изд. Я. В. Иогихес, ред. А. Г. Пергамент); “Заноза” (изд. С. Д. Новиков, ред. Р. Л. Антропов); “Застрельщик” (изд. Л. А. Заикина, ред. М. К. Мукалов); “Звонарь” (изд. Л. И. Богельман, ред. А. А. Гольмстрем); “Игла” (ред.-изд. В. О. Василевский); “Клюв” (изд. Л. И. Богельман, ред. А. А. Гольмстрем); “Красный смех” (ред.-изд. Я. А. Гибянский); “Леший” (изд. Е. С. Зарудная-Кавос, ред. М. П. Миклашевский); “Митинг” (ред.-изд. А. И. Волькенау); “Маски” (ред.-изд. И. Е. Плеханов); “Маляр” (ред.-изд. М. К. Мукалов); “Нагаечка” (изд. Х. М. Кнорринг, ред. А. Ф. Иванов); “Овод” (изд. Ф. К. Зимин, ред. В. М. Онгирский); “Оса” (изд. М. М. Бродовский, ред. он же и Г. Я. Казерман); “Пламя” (изд. Г. В. Клочков, ред. А. И. Гессен); “Паяц” (изд. В. М. Вышомирский, ред. В. К. Грюнберг-Вальгис); “Паяцы” (ред.-изд. В. М. Вышомирский); “Пули” (изд. Э. А. Эйзеринг, ред. С. Д. Новиков); “Пчела” (ред.-изд. Н. И. Данишевский), “Поединок” (изд. А. Д. Рысис, ред. В. М. Онгирский); “Секира” (ред.-изд. М. М. Бродовский); “Свободный смех” (ред.-изд. Е. М. Адамов), “Спрут” (изд. Э. Г. Корнфельд, ред. М. И. Титов); “Скорпион” (ред.-изд. Ю. С. Идельсон); “Сатира” (изд. А. В. Деденев, ред. В. М. Арнольд); “Светает” (изд. Г. М. Нарышкин, ред. А. П. Хотулев); “Сатирическое Обозрение” (изд. И. Н. Глаголев, ред. Н. К. Дн-Сеньи); “Скандал” (ред.-изд. А. Д. Рысис); “Фонарь” (изд. Л. А. Заикина, ред. А. В. Заикин); “Фискал” (ред.-изд. Г. П. Нарусбек); “Юмористический Альманах” (изд. М. А. Лакшин, ред. А. А. Гольмстрем); “Яд” (ред.-изд. А. М. Петров).

Огромное большинство этих журналов отличались крайней недолговечностью. Многие из них исчезали непосредственно вслед за своим появлением на свет, не доживая до второго номера. Некоторые погибали от равнодушия читающей публики, задавленной изобилием выходящих С. журналов. Гораздо большее число было прекращено постановлениями учреждений по делам печати и определениями судебной палаты. Первый удар пришлось испытать Н. Г. Шебуеву за первый № “Пулемета” (13 нояб.). Номер журнала был конфискован, редактор препровожден в тюрьму и привлечен к судебной ответственности по ст. 103 (оскорбление Величества) и 128 (“дерзостное неуважение к верховной власти”) угол. уложения.

Судебная палата приговорила Шебуева к заключению в крепости на 1 год и постановила прекратить издание. Дело “Пулемета” послужило прологом к длинному ряду литературных процессов. Всего чаще прокуратура пускала в ход ст. уложения 103 (“Жупел”, “Буревал”, “Паяцы”, “Злой Дух”), 128 (“Фискал”, “Паяцы”, “Свобода”, “Забияка”, “Стрелы”, “Пламя”, “Митинг”), 129 (“Жало”, “Овод”, “Митинг”, “Свобода”) и 6 ст. VIII отд. времен. правил о печати 24 ноября 1905 г. (“Водоворот”, “Дикарь”, “Буревал”, “Маски”, “Спрут”, “Фонарь”, “Клюв”). Обычным наказанием было несколько месяцев тюрьмы или крепости. Бывали случаи применения более первобытных способов расправы; так, напр., З. Н. Гржебин был выслан административным порядком в Тифлис, Патараки, редактор “Злого Духа”, после прекращения его дела судебной палатой, сослан в Сибирь на 4 года. Во всех перечисленных журналах, за единичными исключениями, рисунки и текст посвящены исключительно политическим темам.

Основные фигуры; умирающий бюрократический режим, всеми мерами пытающийся оттянуть час своего окончательного падения, то бросающий миниатюрные реформы или обещания реформ, то заполняющий тюрьмы “крамольниками”, – и народ, наносящий удар за ударом своему исконному врагу. Каждая фигура в бесчисленных вариациях выступает на страницах сатирических журналов. Старый режим изображается то в виде осла, которого мужик тащит на своей спине, то в виде скелета, с которого сваливаются парик и маска, придававшие ему внешность живого человека, то в образе чудовищного зверя с длинными гибкими щупальцами, высасывающими кровь из России. “Великий маг” Витте, Дурново – поставщик овса, не жалеющий патронов Трепов, Торквемада-Победоносцев, “адмирал сухопутного флота”, “покоритель Москвы” Дубасов – не сходят со страниц журналов. В противовес этим теням прошлого выдвигаются предтечи нарождающейся жизни, напр., “его рабочее величество пролетарий всероссийский”, смело бросающий вызов темным силам. Мрачный фон окружающей жизни наложил своеобразную печать на русскую сатиру. В лучших изданиях желчное, злобное бичевание преобладает над веселым смехом; юмористическими их назвать ни в каком случае нельзя.

Политическое направление сатирических журналов определяется свойствами той среды, из которой по преимуществу выходили их редакторы и сотрудники: это литературно-художественная богема с весьма заметным участием студентов разных учебных заведений. Повсюду господствует тон непримиримой вражды к старому режиму и сочувствие борьбе за политическое и экономическое освобождение. Этот тон старались усвоить и промышленники, взявшиеся за сатирическое издательство, как за выгодное предприятие. Исключением является журнал “Отбой” (ред.-изд. М. К. Гурская), выступивший в борьбу на оба фронта, и “Виттова пляска”, появлявшаяся несколько раз под разными заглавиями; продолжением ее теперь служит журнал “Плувиум” (ред.-изд. В. М. Бреверн). “Виттова пляска” и ее разновидности наполнены злобными выходками против всех, вплоть до самых умеренных, форм освободительного движения, которое изображается, согласно “истинно русским” взглядам, как интрига “жидов”, армян и финляндцев.

Нашлись предприимчивые издатели, задумавшие одновременно эксплуатировать политическое настроение общества и спрос на “клубничку”. Продуктом этого намерения явился, напр., журнал “Юмористический Альманах”, благополучно переживший множество другие, идейные издания: на его страницах рядом с гражданской сатирой печатаются чисто порнографические картинки. Изобилие сатирических изданий привело к тому, что по мере их количественного роста стал замечаться качественный упадок. Художественных и в особенности литературных сил положительно не хватало для обслуживания всех журналов. Некоторые предприниматели, смотревшие на дело исключительно с коммерческой точки зрения, не особенно и гнались за литературными талантами: предполагая, что главную приманку для публики представляют картинки, они не смущались тем, что текст приходится наполнять разной трухой. Когда рынок стал заполняться С. журналами, сложился уже известный шаблон, которому слепо подчинялись сотрудники, не способные к оригинальному творчеству. Некоторые темы, как, напр., овес, на котором Дурново хотел получить хороший барыш, так часто трактовались в прозе, стихах и художественных изображениях, что в конце концов утратили всякую остроту. К числу лучших изданий принадлежат главным образом те, которые появились на свет первыми.

Талантливо составлялся “Зритель”. Блестки настоящего юмора встречаются в “Сигнале”, где, кроме редактора журнала, печатали стихотворения и прозаические наброски О. Дымов, О. Н. Чюмина (Оптимист), Тэффи, Lolo, и в “Сигналах”, где фигурировали те же сотрудники, перекочевавшие под другую вывеску в силу “независящих обстоятельств”. Производил впечатление “Пулемет” Шебуева. На страницах “Жупела” появлялись произведения М. Горького и С. Гусева-Оренбургского, рисунки И. Я. Билибина, В. А. Серова, Е. Е. Лансере и других представителей художественного модернизма. Много литературных имен встречается в “Адской Почте ” (М. Горький, Вяч. Иванов, Ф. Соллогуб, В. Брюсов, И. Бунин), но слишком вычурные и холодные рисунки не соответствуют задачам сатирического журнала. Из более поздних журналов обращает на себя внимание “Леший”, в котором принимали участие В. Вересаев, О. Дымов, И. Рукавишников и печатались очень удачные карикатурные портреты общественных и литературных деятелей, нарисованные В. Карриком.

Ал. Венгеров.

Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона


Leave a Reply

2 × 4 =