Мочалов Владимир

Ответы

на вопросы корреспондента немецкой газеты на русском языке.

1. Кто твои основные учителя в карикатуре? Может, кумиры? Есть такие? И если да, то – чему у них научился?

Учителями являются все, с кем приходилось работать, творчески соприкасаться, спорить и обсуждать общие и частные вопросы.

Прежде всего это школьные учителя, потом институтские, потом «крокодильцы» и первый среди них – Евгений Шукаев! По большому счету – все художники «Крокодила»! На самом деле, мы учимся всегда до самого последнего момента у того, кого увидел только что и кого мог увидеть до этого. Учишься всю жизнь! Перечислить всех невозможно, да этого и не надо. На первом этапе были выдающиеся немецкие художники-карикатуристы Олаф Гульбрансон, Эрих Теодор Вильке – это «Симплициссимус» начала двадцатого века с их яркой стилистической манерой, это Кукрыниксы, Бор.Ефимов из «Крокодила», это Леонид Сойфертис, Виталий Горяев, Иван Семенов, Герман Огородников – это все без исключения крокодильские художники, которые научили меня думать, рисовать для людей, а не для себя. Научили рисовать так, чтобы это было интересно большинству, а не меньшинству! Это и есть крокодильский стиль. «Доброжелатели» называют «крокодильским стилем» то, что не очень остро, политически поверхностно или банально.

С моей точки зрения, «крокодильский стиль» – это абсолютно точный по теме смысл рисунка! Это максимально достоверный с точки зрения деталей и профессиональный по качеству рисунок! Это блестящия по замыслу и оригинально–неожиданная по теме и исполнения карикатура! Ведь замысел и исполнение , воплощенные в рисунке, делают его незабываемым, а как следствие – смешным и понятным и, самое главное, памятным на многие годы .

2. Ощущаешь ли ты сегодня потерю Крокодила? Для себя? Для общества российского? Может быть, в более широком смысле? В чем эта потеря, по-твоему?

Потерю переживаю остро и тяжело. Для меня «Крокодил» был почти всем! Я и художником стал благодаря «Крокодилу». В детстве нашел на чердаке своего дома в центре Москвы старую довоенную подшивку этого журнала. С тех пор, как я увидел рисунки в «Крокодиле», я понял сразу, что это абсолютно другой , необыкно-венный мир , с оригинальным волшебным взглядом на наше советское серое существование. И уже мне ничего больше не хотелось, как увидать живыми тех людей, которые создают такие удивительные рисунки! А подписи к этим рисункам были настолько смешными , что не только дополняли , но иногда и меняли всю первоначальную реакцию на этот рисунок! Главное, это то, что через эти рисунки я получал новое эмоциональное ощущения окружающего мира. Эти рисунки врезались в память надолго.

В потере «Крокодила» наше общество потеряло, на мой взгляд, возможность смотреть на мир иронически, иногда критически, иногда с добрым юмором через творчество и талант самого автора , кто бы он ни был: художник или писатель! Объектов для возмущения и критики всегда полно! Но посмотреть на это через сердце и талант поэта, фельетониста или художника, это еще и возможность соприкоснуться с самим искусством!

Искусством жанра карикатуры, искусством фельетонного жанра или поэтического! Другое дело, что то или иное произведение, возможно, не является в полном смысле искусством. Однако, по своей сути, это и может и должно быть искусством!

В потере «Крокодила» потерян сам жанр фельетона, потеряна целая история уникального искусства крокодильской карикатуры периода советского прошлого! Прервана связь и традиции многих поколений художников, имеющих свой «крокодильский стиль и по- черк « В нынешних российских газетах тоже есть карикатура. Она во многом другая, имеет другое мышление! Не всегда плохая, иногда очень острая и оригинальная, но прежний « Крокодил» необходимо было сохранить как уникальный журнал с уникальной историей и традицией! Не нашлось среди нас , остатков прежнего «Крокодила», людей, способных вытолкнуть его из болота финансовой пропасти , ибо все мы оказались настолько примитивными, жалкими, ничтожными, что среди нас не оказалось достойных, ярких, энергичных и ответственных за судьбу своего журнала! Думаю, вина в этом всех, включая и меня самого. Мы оказались жалкими и ничтожными, одержимыми только своей собственной сиюминутной выгодой!

3. Русская школа шаржа – есть ли она? Если да, то – чем отличается от западной или восточной, от американской или европейской?

Я не теоретик карикатуры и никогда не считал себя таковым. Но отличие, думается, есть. В «крокодильской» карикатуре больше доброты, пожалуй, чем в западной. У нас по старинке всегда хотели «не обидеть» изображаемого. Время было такое! Делали по принципу: «как бы чего не вышло?» В западной карикатуре этого не было по определению. Не было такого понятия : «как бы чего не вышло?» В западной карикатуре, основанной на принципе частной собственности, было и есть одно понятие: много-партийность! Многопартийность предопределяла изначальную издевательство над представителем другой партии. Поэтому, западная карикатура более злая острая и убийственная. Это же самое относилось и к советской карикатуре, только к представителям недружественных советскому режиму лидеров!

Общее отличие советской, а мы все еще люди советские по логике нашего воспитания, отличие советской от западной не только в том, что у нас и у них по существу разная природа и основа для критики. Ведь путь советского периода нашей истории , основанной на попирательстве личности человека , его самосознания и индивиду –альности, его бесправности, в корне отличается от западной. Это – политический и исторический аспект моего рассуждения. Что касается художественного мастерства, то как и везде есть люди талантливые и бездарные, есть мастера, а есть безликие. Вот пример, я только что купил в Берлине некогда известный у нас в СССР журнал «Ойленшпигель». И хотя мне трудно судить о качестве текстового материала (по тому, что я не знаю немецкого) , но с точки зрения качества карикатуры, качества рисования и тематики его уровень как будто понизился! Я насчитал 17 рисунков , связанных с сексуальной тематикой. Само качество рисунков слабое, а подчас и примитивное. Видно, что рисуют в журнале люди случайные, не имеющие иногда хоть какой-то школы начального рисования. То же самое происходит сейчас и у нас. В газетах работают люди, не умеющие грамотно рисовать. То, что почти все эти художники рисуют без такого понятия как юмористический рисунок, это ясно! Нынешнее понимание, что в юморе и в футболе разбираются все, приводит к тому, что большинство рисунков – без такого понятия как юмор! Сам рисунок по замыслу и сатирический и юмористический должен быть еще и нарисован с деталями , тонкой иронией – должен быть нарисован психологически достоверно и юмористически, что не всегда происходит.

4. Что тебя связывает с Германией?

В Германии была великая школа гениальных художников! Первейший среди многих, на мой взгляд, Альбрехт Дюрер! Упомянутые мною Гульбранссон и Вильке относятся к художникам-карикатуристам. Германия – это страна, давшая миру целый ряд выдающихся деятелей культуры во всех сферах искусства, включая изобразительное. Германия оказала на мир грандиозное влияние, включая и негативное! Позитивное влияние я вижу в том, что это страна, любое изделие которой на мировом рынке всегда определяет такое понятие как качество! По свежим впечатлениям от увиденного ( первый раз я был в ГДР двадцать восемь лет назад, второй раз – восемнадцать- только в Берлине, несколько раз был в Мюнхене, был в Штутгарте, Кельне и нескольких других городах – десять лет назад), по свежим впечатлениям я бы сказал, что Германию отличает высокое качество жизни! Германия – это стабильность , законность и порядок!

Германия как и весь западный мир – это главенство законов! У нас, в России – это главенство силы и денег! По своей природе одни люди тяготеют к законам, другие – к силе!

5. Расскажи о том, что было у тебя в этом году в Гамбурге?

У меня была встреча с владельцем одной галереи, который собирается открыть мою выставку живописи и графики и осветить ее в средствах массовой информации. Намечается выставка в следующем году.

6. Есть ли, на твой взгляд, сегодня культура карикатуры в России? Что делать, чтоб она была?

Культура карикатуры как и культура чего угодно есть везде и всегда. Что под этом понимать? Карикатура как и культура , как и искусство меняется. .Это не значит, что она стала лучше или хуже., просто это другая карикатура, у нее другой читатель, другой зритель, другой потребитель. Мы имеем то, что имеем. Потеряна великая школа карикатуры «Крокодила», поэтому влияние на всю остальную карикатуру ослабло! На мой взгляд, это только обеднило всю нашу карикатуру! Ничего предсказывать не берусь, но думаю, что мы не только утратили великую школу карикатуры, но и стали культурно беднее и примитивнее, чем могли бы быть!

7. Перечисли свои главные (с твоей точки зрения) победы в жанре? Самые яркие и почётные (для тебя самого) призы, награды, звания, может быть, чьи-то слова, отзывы, оценки творчества, которыми ты особенно дорожишь?

Я участник и призер многих международных конкурсов и фестивалей и выставок карикатуры за свою жизнь. Перечислять их не буду, но… Главное, это бесспорно, быть членом Российской академии художеств, которым я стал в 2007 году. До этого среди карикатуристов «Крокодила» были Кукрыниксы, Аминодав Каневский, Леонид Сойфертис, Борис Пророков и конечно же ныне здравствующий Борис Ефимов, которому если ничего не изменится в сентябре исполнится сто восемь! Карикатурист Игорь Смирнов является членом-корреспондентом РАХ. Само признание в Академии художеств карикатуристов – это признание и уважение самого жанра карикатуры!

Всем читателям немецкой газеты желаю не забывать свою Родину, ее язык и культуру! Желаю не забывать какие-то положительные, а может даже и веселые моменты, даже если на Родине пришлось претерпеть много страданий и обидных унижений !

Владимир Мочалов,
действительный член Российской академии художеств.
 


Leave a Reply

four + 9 =