Repiev Sergey

Москва, 2010

Ваше профессиональное образование?

– Два года художественной школы, после чего я сбежал из неё. Душа протестовала против рисования горшков на фоне драпировок, «художка» воспитывала во мне скорее отвращение к профессии рисовальщика, нежели учила чему-то.

Ваш путь к карикатуре? (Когда и при каких обстоятельствах вы стали
карикатуристом?)

– Сколько себя помню, мне всегда хотелось рисовать смешные картинки. Осознанно я их начал рисовать в школе класса этак с восьмого. У меня даже были любимые персонажи. Например, Архимед. Но не тот мудрый старец из Древней Греции, а хулиганистый амбал в хитоне и сандалиях, который неправильно понял постулат своего тёзки «Дайте мне точку опоры, и я переверну мир» и начал крушить всё вокруг. Потом были карикатуры на преподавателей, которые тут же им и дарились. На уроках литературы я рисовал персонажей тех литературных произведений, которые мы изучали. Там были и Чехов, бросавшийся с саблей на паука, поймавшего в паутину муху, и Пьер Безухов, который не знал, какой стороной держать дуэльный пистолет, и направил его на себя, и много другого…

Где-то класса с 9-го я начал посещать занятия Школы Юного Журналиста при факультете журналистики МГУ. На одно из занятий пришёл фельетонист из журнала «Крокодил» Михаил Казовский. Я тогда буквально вцепился в него и не выпускал до тех пор, пока он не привёл меня в редакцию журнала, где я и печатался почти до самой его кончины. Но свой первый рисунок я опубликовал не в «Крокодиле». Это была газета «Московский комсомолец». Я пришёл туда на пару с приятелем, который подбил меня принести туда свои юмористические рассказы. Но сотруднику редакции Владимиру Альбинину понравились не тексты, а карикатуры, которые я прихватил до кучи. Он тут же отвёл меня с ними в художественный отдел, а буквально на следующие выходные мой первый рисунок был опубликован в московской прессе. Получил я, помнится, за него аж 4 рубля и был страшно горд этим обстоятельством.

Чем пришлось пожертвовать в жизни и творчестве ради карикатуры?

– Пожалуй, ничем. Мне всегда нравилась работа карикатуриста, и если бы она давала достаточно средств, чтобы кормить семью, только ей бы и занимался.

Чем бы Вы занимались, если бы не стали карикатуристом?

– Тем же, чем и сейчас. Работаю в киноиндустрии.

А кем Вы мечтали стать в детстве?

– Художником журнала «КРОКОДИЛ»!!!

Кого вы считаете своими учителями (авторитетами) в карикатуре, и в
подражание творческой манере каких художников вы делали свои первые
шаги?

– Из покойных – это художники «Крокодила» Константин Ротов, Иван Семёнов, Генрих Вальк, Евгений Мигунов.
Из ныне живущих это в первую очередь Герман Огородников, мне он ближе всех по духу и творчеству.

Считаете ли вы творчество карикатуриста более значимым, чем творчество
представителей других жанров изобразительного искусства?

– Это иной мир и иные задачи. Их очень трудно сравнивать. К тому же никто не мешает карикатуристу реализовывать себя в других жанрах изобразительного искусства.

Карикатурист – это больше художник или юморист?

– Два в одном флаконе. И когда он делает и то, и другое одинаково хорошо, мы видим, что перед нами выдающийся карикатурист. К сожалению, далеко не всегда так бывает на практике. В «Крокодиле», например, были выдающиеся графики, которые не умели придумывать сюжеты для карикатур, и были выдающиеся темисты, которые могли за всю жизнь не взять карандаша в руки. Так и работали в тандеме.

Вы юморист по жизни, или это только рабочее качество?

– Как там у Хэмингуэя? «Праздник, который всегда с тобой»? Вот, что-то вроде этого.

Что вам больше нравится, быть смешным или серьезным в общении с людьми?

– В зависимости от обстановки. Записной фигляр частенько очень бледно выглядит там, где его шутки не затребованы.

Влияет ли карикатура на общественное сознание?

– БЕЗУСЛОВНО!

Способна ли она изменить мир?

– Изменить вряд ли, но направить мысли людей, принимающих решения, в ту или иную сторону может.

Необходимо ли карикатуристу профессиональное художественное образование?

– Хорошо бы, но не обязательно.

Можно ли научиться профессии карикатуриста, или это дар божий?

– Дар Божий – это понять, что ты – будущий карикатурист. Остальное зависит от способностей и усердия.

Какой жанр карикатуры вам ближе и почему (политическая, бытовая,
социальная и т.д.)?

– С удовольствием рисовал бы только бытовую, но в данных обстоятельствах две другие затребованы куда больше.

Считаете ли вы, что достигли в своем творчестве совершенства, что на
ваш взгляд является совершенством в ремесле, творчестве?

– Думаю, совершенства достиг только господь Бог, все остальные всю свою жизнь должны шлифовать свои умения.

Как рождаются сюжеты Ваших карикатур?

– Мне это напоминает выход в «астрал», туда, где лежат готовые сюжеты всех карикатур. Нужно только правильно настроить свою внутреннюю антенну на приём информации.

Ваша любимая техника исполнения рисунков?

– Рисую на бумаге гелевой ручкой, сканирую, обрабатываю и раскрашиваю рисунок на компьютере.

Имеются ли собственные технологические изобретения и секреты?

– Конечно, есть.

Ваше отношение к компьютерному рисованию?

– Нет такого понятия – компьютерное рисование. Компьютер – это ещё один инструмент (да, пожалуй, и не один) в багаже рисовальщика, который помогает ему лучше и быстрее делать свою работу.

Вам кажется карикатуристов слишком много или недостаточно?

– Труд карикатуриста сейчас почти не востребован. Так что и считать карикатуристов пока преждевременно.

Получает ли труд карикатуриста достойную оценку в общественном сознании?

– Власти сейчас, похоже, не нужны карикатуристы, она их почему-то боится. Самому обществу карикатуристы будут нужны всегда. Даже после Конца Света.

Есть ли для вас запретные темы?

– Есть. Я не рисую то, что считаю пошлым.

Нужна ли карикатуристу самоцензура?

– Обязательно!

Что увлекает вас помимо карикатуры?

– Ещё я комиксист и детский иллюстратор.


Leave a Reply

twenty − 11 =