Виппер, статья о плакате

из книги “Ведение в историческое изучение искусства”

…подлинный плакат возникает только в конце XIX века. Плакат появился в связи с рекламой, а реклама, в свою
очередь, связана с ростом капитализма, развитием промышленности. Кроме того,
плакат неотделим от движения многоликой толпы, от дистанций большого города.

Но и плакат, как карикатура, имеет свой пролог, свою предысторию.
Первыми, далекими предками плакатов являются так называемые “alba” —
объявления или извещения, которые, наподобие наших столбов или экранов,
ставились на самых оживленных улицах древнего Рима, Александрии, даже такого
провинциального центра, каким была Помпея. В средние века этот обычай
исчезает (если в средние века можно говорить о плакате, то только о
слуховом, фонетическом — голос герольда) и начинает возрождаться только с
расцветом городской культуры. Первые стимулы для возникновения таких
объявлений — предшественников плаката — исходят от печатников и торговцев
книг, извещающих о подготовке и выходе в свет новой книги. Эту идею
подхватывают другие предприниматели — так появляются сообщения о новых
товарах, о различного рода торжествах, представлениях и т. п. Но это
преимущественно небольшие карточки, в которых иллюстрация играет только
вспомогательную роль. Таков “интимный” плакат XVIII века, обычно рассылаемый
антикварами заказчикам и потребителям и выполненный чаще всего каким-нибудь
выдающимся мастером в офорте или резцовой гравюре и носящий совершенно
приватный характер.

Первый идейный и стилистический перелом происходит в 20-х годах XIX
века, когда плакат приходит в руки литографа. Правда, сначала он делается
значительно грубей. Но технически литография позволяет увеличить размеры
плаката, его эффекты становятся сильней, завлекательней. Текст занимает
теперь меньше места, но буквы становятся более крупными. Однако само
изображение имеет еще небольшие размеры, его надо смотреть вблизи,
внимательно и долго. Плакат еще лишен декоративного обобщения.

Новый и решающий этап эволюции — 60-е годы XIX века, когда
хромолитография позволяет делать красочные плакаты. Эта возможность
привлекает живописцев. Появляются плакаты художественных выставок, одним из
первых зачинателей выступает с таким плакатом венский художник Макарт со
свойственными ему тривиально-пышными эффектами. Однако подлинный плакатный
стиль удается найти не сразу — в его сложении сыграли роль и тенденции
возрождения стенной монументальной живописи, свойственные эпохе, и новые
проблемы декоративно-прикладного искусства, и увлечение японской
ксилографией, красочным силуэтом, утверждением плоскости изображения.

Родина нового плаката — Париж, Монмартр, квартал художественной
богемы, ночных кабачков, цирка и варьете, апашей и прожигателей жизни.
Плакаты извещают об открытии нового театра, о появлении новой кафешантанной
звезды, о новой мелодраме, авантюрном романе, о новых духах. Авторы этих
цветных литографий — художники монмартрской школы Шере, Леандр, Стейнлен,
Тулуз-Лотрек. Шере по профессии — рабочий-типограф. Его героиня —
парижанка, фигура из комедии масок, охваченная вихрем танца на огненном,
бенгальском фоне карнавала. Тулуз-Лотрек гораздо сложнее, психологически
тоньше, социально острее. Он любит динамическую диагональную композицию,
любит ее неожиданно срезать и показать часть вместо целого. Но при всем
мастерстве Лотрека в его пикатах еще слишком много рассказа и мало
умалчиваний. Их темп иногда слишком медленный. В них нет ударности, гипноза.

Это появляется тогда, когда плакат от живописцев приходит в руки
графиков. В Германии впервые намечается поворот к чисто рекламному плакату,
товарному, коммерческому, где плакатист является товароведом (Бернард) и где
демонстрируется какая-нибудь вещь — мыло, обувь, папиросы. Здесь впервые
происходит обращение к широким народным массам, но на низком идейном уровне.
Это — торжество, но и бедность капитализма.

Несколько позднее во Франции происходит та же эволюция: человек
отступает перед вещью. Причем одновременно совершается и другой процесс —
от живописности к инженерной точности и отвлеченности. Два наиболее
выдающихся французских плакатиста — Кассандр и Кулон — это два мастера,
так сказать, “математического” плаката (недаром Кассандр как-то выразился,
что его инструменты — острый карандаш и линейка, тогда как для Кулона
главное — связь изображения со шрифтом, причем буква торжествует над
образом) . Однако параллельно намечается и другая эволюция — плакат
поворачивается от рекламы к идейной пропаганде (таковы, например, военный
плакат Брэнгвина в защиту разрушенной Бельгии или беженский плакат
Стейнлена). Но наибольшую широту, как бы охватывающую всю жизнь страны и
эпохи, плакат приобретает в советское время, где мы найдем и революционный
плакат, и рекламно-хозяйственный, и культурно-просветительный *.

Каковы же стилистические приемы новейшего плаката?
1. Прежде всего, плакат действует издали и быстро. Он имеет дело с
массой, толпой, быстро меняющейся, поэтому он должен действовать с первого
взгляда, его зов должен быть молниеносным.
2. Плакат связан с плоскостью стены, столба, окна и т. п. Поэтому он в
известной мере родствен декоративной живописи, фреске, мозаике.
3. Однако ему присуще и важное отличие от декоративной живописи (о
котором часто забывают). Декоративная живопись неразрывно связана со стеной,
ей принадлежит, ее украшает, на ней или в ней живет. Плакат, хоть и
поддерживается стеной, на ней действует, но органически он с ней не связан,
только к ней приложен, прилеплен, ведет самостоятельное, независимое от
стены существование. Поэтому и по своим стилистическим особенностям плакат и
близок и далек от стенной живописи.

Близок, потому что оба тяготеют к плоскости: плакат избегает иллюзии
глубины, чрезмерной пластичности, телесности, предпочитает обобщенную
композицию, несколько широких цветных плоскостей, подчеркнутый контур. Но и
далек, потому что требует средств, которые бы отрывали действие плаката от
стены, направляли его энергию и вызов в окружающее пространство. Плакат не
только объявляет и демонстрирует, но и убеждает, влечет, поражает,
приковывает. Это гипнотическое воздействие и определяет средства, которые
отрывают плакат от стены. В декоративной живописи движение обычно идет мимо
стены. Плакат тем выразительнее, чем больше его действие отрывается от
стены, обращается к зрителю, нападает на него. Поэтому в плакате фас
убедительнее профиля, выгоднее, если светлое и теплое пятно выступает на
холодном фоне, чем наоборот. Поэтому же мастера плаката предпочитают
множественность точек зрения, разные масштабы, внезапные прыжки спереди в
глубину, объединение прозаической действительности со сказочностью, прямой
демонстрации факта рядом с символами, ассоциациями, аналогами.

Разумеется, комбинация этих приемов меняется в зависимости от места и
задачи плаката: маленький плакат на выпуклой поверхности столба, или
огромный плакат на наружной стене здания, или же плакат, предназначенный для
внутреннего помещения,– каждый из них предъявляет к художникам свои особые
требования. Но всегда во всех плакатах присутствует контраст между приемами,
которые подчеркивают плоскость, и такими, которые от нее отрывают, между
конкретным и абстрактным. Известный элемент абстракции придают плакату
буквы, слова, причем слова не только определяют смысл плаката, но и
участвуют в его графической композиции — иначе говоря, связь текста и
изображения в плакате должна быть и тематической и оптической, плакат надо
одновременно и смотреть и читать. В плакате должно быть что-то от
стенограммы.


Leave a Reply

16 − 3 =