Vedernikov Evgeniy

Moscow, Russia

Карикатурист, иллюстратор

ЮМОР ПРОДЛЕВАЕТ ЖИЗНЬ
О творчестве художника Евгения Ведерникова
Жалко, что я не знаком с Евгением Алимпиевичем Ведерниковым лично. Надеюсь, нам было бы о чем поговорить: я тоже, как и он люблю книгу «Похождения бравого солдата Швейка» и тоже всю свою жизнь делаю к этому произведению иллюстрации.
Первое мое “знакомство” с ним произошло так: в раннем детстве я заболел и попал в больницу. Мой старший брат принес мне огромную подшивку журнала «Веселые картинки», кажется за 1961 год. На обложках номеров другой замечательный художник Иван Максимович Семенов, тогда он был редактором журнала, изобразил одного из своих персонажей – Карандаша.
Но я немного отвлекся: среди всего этого великолепия мастеров был один, к рисункам которого я особенно проникся. Рисунки были веселые, с выдумкой. А уж в рисовании животных, чтобы они были одновременно и натуралистичны и карикатурны, ему равных нет. Этим художником был Евгений Ведерников.
«Он может, как говорят искусствоведы, извлекать комический эффект из собаки и коровы, курицы и кошки… Даже дома и автомобили, трамваи и деревья, не говоря уж, конечно, о людях, бывают у него смешными» – читаем мы в интервью с художником «Ни дня без рисования».
Далее Евгений Алимпиевич рассказывает: «Не обязательно смешными. Персонажи сатирического рисунка – и главные и второстепенные – могут вызывать у читателя негодование или сочувствие, презрение или жалость – короче, именно те чувства, которые, рисуя, испытываешь сам. Ведь художника, пусть он хоть трижды юморист, жизнь далеко не всегда смешит…»
А на вопрос, как начиналась его любовь к рисунку, к карикатуре, отвечает: «Как это случилось, с чего началось?.. Пожалуй, с того, что я познакомился с Владимиром Гальбой – художником из ленинградской «Вечерки». У него дома было солидное собрание по истории карикатуры, как отечественной, так и зарубежной. У него я впервые увидел, например, немецкий журнал «Симплициссимус», у художников которого можно было многому научиться. Помимо этого, мы с Гальбой ходили в зоосад – делали наброски зверей с натуры. Сдал я экзамены в художественный техникум, но учиться не стал: скучно было рисовать после живой натуры гипсовые фигуры, архитектурные детали, строгие орнаменты. В студии имени Грекова и в художественном институте, где я потом учился некоторое время, было, конечно, интереснее».
Дальше жизненная дорога привела художника в Москву в журнал «Крокодил».

В книге Абрамского, о которой мы упоминали выше, читаем: «Мы в редакции регулярно следили за всем интересным, что появлялось на страницах печати в области сатирического рисунка. Наше внимание в свое время привлекли карикатуры Евгения Ведерникова в газете «Красный воин». Вызвали Ведерникова, и вскоре в «Крокодиле» появился молодой худощавый парень с большой папкой, наполненной сатирическими зарисовками. В них привлекал динамичный, энергичный штрих, сильно напоминающий манеру Бориса Антоновского. Одна ассоциация с этим блестящим рисовальщиком уже говорила о незаурядности показанных рисунков. Застенчивый паренек при упоминании Антоновского сразу оживился, глаза его заблестели, и он смущенно признался, что влюблен в творчество Антоновского. Но нужно сразу сказать, что уже в те ранние годы в штрихе Ведерникова было много своего, индивидуального, в особенности в многофигурных композициях».

 

Мне, конечно, уже в более зрелые годы, интересно было посмотреть на рисунки Бориса Антоновского. Посмотрел, и понял, как далеко ушел Ведерников от своего кумира. Единственное, что по-прежнему их связывало, так изображение стоп своих персонажей. В этом смысле Ведерникова роднит еще с одним незаурядным художником – Николаем Радловым. Кому интересно, можете приглядеться к рисункам всех троих.

 

Второе мое «знакомство» с Ведерниковым состоялось уже лет в девять, когда я увидел в журнале «Пионер» так называемую «историю в картинках», сейчас бы это назвали комиксами. Эта история называлась «Смехотрон и Полиглот попадают в переплет». Для тех, кто никогда не видел этих «комиксов», вкратце поясню: Смехотрон и Полиглот – два друга, первый – робот, второй – мужичонка средних лет, в славянском национальном костюме с вислыми усами. Они изобрели машину времени и перемещаются из эпохи в эпоху. Может, с тех пор у меня любовь к историям о путешествиях во времени? Помню, как мне нравилась эта история, и как я переживал, что у меня нет одного номера (история печатались с продолжением). Тогда же я увидел Ведерникова в журнале “Крокодил”.
Теперь мы переходим к третьему «знакомству», и самому дорогому мне: к роману Ярослава Гашека «Похождения бравого солдата Швейка». Все в той же книге Абрамского «Смех сильных», изданной в 1977 году, я узнал, что Евгений Ведерников тоже любит эту книгу, и всю жизнь иллюстрирует ее.
И снова вернемся к интервью с художником «Ни дня без рисования»:
« Корреспондент: А когда вы познакомились с бравым солдатом Швейком?
Е. В.: Еще сорок лет назад. В свободное время, а точнее говоря, по ночам начал иллюстрировать книгу Ярослава Гашека – просто для души, как говорится. Ну, а уже в послевоенные годы вышли четыре книги Гашека с моими иллюстрациями.

 

Корр: В 1959 году Е. Ведерников был приглашен на открытие дома-музея Я. Гашека в Липнице и трактир «У Чаши» в Праге, где любил бывать его бравый герой. Встречались ли вы тогда с современниками и друзьями писателя?
Е. В.: Вспоминаю Александра Инвальда, в гостинице которого Гашек написал первую часть «Похождений бравого солдата Швейка». Сапожник Антонин Крупичка рассказывал мне, как Гашек собирал старых солдат, ставил им угощение, а они «расплачивались» байками, в которых быль затейливо и часто комически переплеталась с фантазией… Был на этом литературном празднике и секретарь писателя Климент Штепанек, которому Гашек диктовал последние части «Похождений». В трактире «У Чаши» – он открылся тогда после многолетнего перерыва – висел, помню, портрет Франца-Иосифа, засиженный мухами, которых специально выпустили на него для этой «обработки». Вообще устроители постарались восстановить все, как было во времена Гашека, включая пиво и закуску. И могу заверить, это им вполне удалось.

 

Корр: Литературное наследие Гашека – бесконечный кладезь сюжетов для Е. Ведерникова. Поэтому сам художник не может сказать точно, когда закончит свою работу. Что ж, может быть, утешительным итогом уже сделанного послужат слова Климента Штепанека: «Как человек, близкий Гашеку, я сказал бы, что товарищ Ведерников – хотя его рисунки совсем другого типа, чем у нашего народного художника Йозефа Лады, – может считаться вторым прекрасным иллюстратором Гашека после Лады».

 

Интервью с Евгением Ведерниковым было опубликовано во втором номере «Крокодила» за 1978 год. Евгению Алимпиевичу тогда исполнялось 60 лет. Сейчас художнику Ведерникову 91 год. Он живет и работает в Москве. Пожелаем Евгению Алимпиевичу еще долгих и долгих лет жизни, по-прежнему радовать своих поклонников веселыми рисунками. О Гашеке я уже и не говорю, – эта любовь раз и навсегда. По себе знаю.

.

Сергей Репьев

 

 

МикроАвтоБиография (Из сборника Мастера Советской Карикатуры)

 

Родился в 1918 году в городе Чердынь Пермской обпасти.

Рисовать лошадей начал с пяти лет, коров — значительно позже.
Иллюстрации к «Похождениям бравого солдата Швейка» впервые нарисовал в 1938 году.
Учился в Ленинграде, в студии С. М. Зайденберга, в Студии имени Грекова и т. д.
Воевал с белофиннами в 1939 году, с августа 1941 по май 1 945 года — на фронтах Великой Отечественной войны, был художником газет Брянского фронта, 38-й армии и І Украинсного фронта. В армейской печати делал все, что положено делать художнику армейской газеты: ретушировал фото, делал заставки, ездил на зарисовки в части, дежурил по номеру, ездил за бензином и т. д.
Печататься начал в «Крокодиле» с февраля 1939 года. До пятидесяти лет меня почему-то причисляли к молодому поколению «крокодильцев». Сейчас, слава богу, перестали. Наравне с сатирой занимаюсь книжной иллюстрацией. С 1956 года — член редколлегии детского юмористического журнала «Веселые картинки».
Имею правительственные награды, премии, много опубликованных работ и горы рисунков, ожидающих этого счастливого часа.
Е. Ведерников

Leave a Reply

eight + eighteen =