Ротов Константин / Rotov Konstantin

1902 – 1959

Автобиография
Родился в г. Ростове-на-Дону в семье донского казака…
Окончив городское пятиклассное училище, я поступил в Ростовское художественное училище.
Любовь к рисованию у меня развилась рано и прочно укрепилась в художественном училище.

1916 г.
Задолго до окончания этого училища первые мои карикатуры были напечатаны в петроградском журнале «Бич», куда, желая сделать мне приятное, отец в 1916 г. послал их без моего ведома. С этого момента, считаю, началась моя постоянная работа в печати. До установления Советской власти на Дону мои рисунки печатались в журнале «Донская волна» и газете «Ростовская речь».

1920 г.
С первых же дней установления Советской власти начал работать в Дон-РОСТА, Политпросвете и. ростовском отделении Госиздата…

1921г.
В 1921 году ростовским Политпросветом был командирован на учебу в Петроградскую Академию, где был принят на графический факультет, но не учился, так как в ту пору среди преподавателей Академии преобладали непонятные и чуждые мне формалистические направления.

1922 г.
В 1921—1922 годах получил в Москве первый серьезный заказ на иллюстрирование сказок Андерсена и Гримма. С этого момента окончательно поселился в Москве.

1923 г.
В 1922—1923 годах начал работать в журнале «Крокодил» и постоянно в нем печатался до 1940 г. За этот период был сотрудником многих журналов и газет. Сейчас мне трудно вспомнить все названия изданий, но вот приблизительный их перечень: «Правда», «Рабочая газета», «Комсомольская правда», «Гудок», «Прожектор», «Огонек», «Смехач», «30 дней», «Лапоть» и др.

Кроме работы в прессе, участвовал на многих художественных выставках как отечественных, так и зарубежных… …С 1920 по 1940 год проиллюстрировал много книг. Вот только часть из них: сказки Андерсена, сказки Гримма, сказки Салтыкова-Щедрина. Книги советских писателей: К. Чуковского, С. Михалкова, А. Бар-то, Ильфа и Петрова, В. Катаева, И. Уткина и др. Работал и над оформлением театральных постановок.

1939 г.
В 1939 году по моему эскизу делалось панно для Советского павильона на Нью-йоркской выставке… Много работал и в области плаката.

1940 г,
В 1940 году был арестован по ордеру Берия и пробыл в ИТЛ до 4 января 1948 года. В лагере мне удалось сделать большую серию акварельных работ, посвященную Великой Отечественной войне… По возвращении я начал работать над иллюстрациями к роману А. Франса «Современная история», над детской книгой С. Михалкова «Дядя Степа» и над сказками Пушкина. Завершить начатое не удалось, так как без предъявления каких-либо обвинении был отправлен на бессрочное поселение в С-Енисейск. В С-Енисейске принимал участие в оформлении нового рабочего клуба и работал в нем в качестве клубного художника.

1954 г.
В 1954 году решением Военной Коллегии Верховного Суда СССР был от ссылки освобожден и полностью реабилитирован… В настоящее время работаю в журнале «Крокодил»…

На этом обрывается автобиография талантливого художника Константина Ротова, и судьба прибавляет еще одну последнюю дату: 1959 г. 6 января — смерть художника.

 

Мое знакомство с Константином Павловичем Ротовым началось заочно. Дело было так. Смолоду заинтересовавшись искусством карикатуры, я всегда внимательно рассматривал попадавшие в мои руки сатирические журналы и наиболее приглянувшиеся рисунки вырезывал млн в меру своего умения перерисовывал   в   особую  тетрадь.
 
И теперь, спустя добры» полпека, могу похвалиться, что среди отличных работ художников “Сатирикона” и других выдающихся карикатуристов предоктябрьского периода от моего внимания не ускользнул маленький рисунок, напечатанный летом 1917 года в петроградском сатирическом журнале “Бич”. Рисуночек изображал уличный митинг и Подкупил меня необычайной живостью и выразительностью человеческих фигурок, очерченных четким, уверенным контуром. Была указана фамилия   художника:   К.  Ротов.
 
Еще раз с удовольствием рассмотрев рисунок, я приобщил его к своей коллекции.
Я тогда, конечно, еще не мог знать, что понравившимся мне рисунок в «Биче» был первой карикатурой Ротова, появившейся в печати. Художнику было тогда 15 лет.
С тех пор от рисунка к рисунку росло и расцветало дарование Константина Павловича, покоряя читателей неиссякаемой изобретательностью, щедростью веселой и озорной фантазии, совершенно необыкновенной способностью подмечать комические детали и черточки в вы¬ражении лиц, в поведении, манерах, жестах, движениях людей. Впрочем, Ротов умел видеть смешное не только в людях. С удивительным юмором изображал он и животных, птиц, насекомых, здания, деревья — все, на что был устремлен его внимательный, зоркий, светящийся доброй улыбкой взгляд.
 
Мало можно назвать художников, которые были бы равны Рогову в богатстве юмористической выдумки и в умении придать ей изящную, отточенную, не боюсь сказать, виртуозную  графическую  форму.
 
В волшебной легкости ротовского искусства было что-то моцартовское. Однако вряд ли в ком-нибудь из художнмков-коплег это рождало темную зависть, подобную той, что терзала душу Сальери. Прежде всего потому, что все очень любипи Константина Павловича—милого, скромного, застенчивого. И потом вес очень хорошо знали, сколько упорного, самозабвенного, усидчивого труда вкладывал Ротов в свои «легко сделанные» работы. Но трудился он так вдохновенно и весело, с таким увлечением и удовольствием, что рисунки его рождались так же просто и естественно, как рождаются звонкие трепи пригретой солнцем певчей птицы.
 
Ему весело работалось. И весело было  смотреть   на   его   работы.
Удивительный природный вкус и безошибочное художественное чувство меры оберегали Ротова от сатирического гпересола», который подчас вредит работам весьма талантливых рисовальщиков. Ротов никогда не уродовал людей, не окарикатуривал их до кретиноподобного обличья, а очень точно, с наблюдательностью веселойи неопровержимой, беззлобно, но метко подчеркивал их смешные стороны. Ротовский юмор    становился      увеличительным стеклом, выпукло и четко выявлявшим комический элемент любой жизненной ситуации.
Зрительная память Ротова была изумительна. Достаточно Было ему мельком взглянуть на любой предмет, чтобы безошибочно перенести его потом в рисунок, и притом не копируя натуралистически, а в забавном стилизованном обобщении. 
 
Особую прелесть придают ротовским рисункам щедро рассыпанные в них приметы времени, сохраняющие атмосферу и неповторимый колорит эпохи.
Ушел Константин Павлович из жизни обидно рано. Д как много хорошего мог бы еще создать этот замечательный мастер, сколькими прелестными произведениями своего светлого, оптимистического дарования мог бы порадовать советских людей!
 
Написано о Ротове еще очень немного, большинство его рисунков незнакомо молодому поколению читателей. Вот почему, как нельзя более нужной и своевременной является настоящая монография о творчестве Константина Ротова. Автор этой работы—заслуженный работник культуры РСФСР Исаак Павлович Абрамскнй, один из организаторов и первый художественный редактор «Крокодила», не только непосредственно общавшийся с Ротовым на протяжении всей его творческой деятельности, но и связанный с ним личными   дружескими    отношениями.
 
Работа И. П. Абрамского создает живой и интересный портрет Константина Павловича Ротова — талантливого   художника,  обаятельного  человека
 
Бор. ЕФИМОВ,
народный  художник  СССР.
 

Leave a Reply

fifteen − thirteen =