Chehonin Sergey

France; Germany; Russia

Карикатурист, керамист, книжный график, художник по ткани

Сын машиниста Николаевской железной дороги, С. В. Чехонин с пятнадцати лет стал самостоятельно зарабатывать на жизнь – служил конторщиком, чертежником, кассиром на пароходной станции. Любовь к искусству привела его в Петербург, где он занимался в Рисовальной школе при ОПХ (1896-97) и школе М. К. Тенишевой (1897-1900), а кроме того, основательно изучал искусство керамики.

И начинал он свой творческий путь как художник-керамист, успев поучаствовать в украшении многих крупных сооружений начала века (в частности, гостиницы “Метрополь” в Москве).

Ненасытная любознательность заставила его освоить некоторые другие декоративные ремесла – оформление интерьеров, роспись по фарфору, финифть, миниатюрную живопись, и все настолько основательно, что едва ли не в каждой из этих областей он сумел оставить заметный след.

Не довольствуясь достигнутым, Чехонин обратился к графике. Сначала он сотрудничал как карикатурист в сатирических журналах первой русской революции, потом занялся оформлением книг, и очень успешно: в 1910-х гг. он оказался одним из тех немногих мастеров, чье творчество определяло высокий уровень русского книжного искусства (обложки книг М. Моравской “Апельсиновые корки”, 1914; С. Маковского и Н. Радлова “Современная русская графика”, 1917, и др.). Безупречно владевший шрифтом и орнаментом, Чехонин, наряду с Д. И. Митрохиным и Г. И. Нарбутом, принадлежал к “младшему поколению” “мирискусников”, поднявшему книжную графику на новую высоту. Виртуозный мастер, декоративист и эстет, он своим эффектным и утонченным стилем сумел ответить на запросы элитной части русского общества и стал популярным, даже модным.

Но парадоксальным образом Чехонин смог оказаться нужным и новому обществу, после того как разразилась социальная катастрофа 1917-го. Жизнь его была теперь еще насыщеннее. Он занимался общественной деятельностью, служил художественным руководителем Государственного фарфорового завода в Петрограде-Ленинграде (1918- 23 и 1925 – 27). Однако главным для него по-прежнему оставалось собственное творчество. Он заметно изменил свой стиль, привнеся в него динамичность и взволнованность. Этот новый стиль – “советский ампир” (по остроумному определению искусствоведа А. М. Эфроса) – Чехонин использовал во всем, что делал: в книжной и промышленной графике, эмблематике и в многочисленных росписях по фарфору, которые составили интереснейшую страницу в истории этого искусства.

Он снова оказался модным, его работы порождали массу подражаний, за ним следовали многие профессиональные художники, и сотни непрофессиональных оформителей тиражировали его находки по всей стране в бесчисленных лозунгах, транспарантах, заголовках газет и журналов и т. д. С новым чехонинским стилем стала прочно ассоциироваться революционная эпоха – драматичная, но еще способная пробуждать патетические чувства.

Эпоха миновала, и Чехонин покинул Россию (1928). Он жил во Франции и Германии, был все так же неутомим, много работал в театре, почти не занимался ни росписью фарфора, ни книжной графикой, зато отлично освоил декоративную роспись тканей, даже сумел изобрести совершенно оригинальный способ многоцветной печати по ткани. Умер он, по-видимому далеко не исчерпав своих удивительных возможностей.

http://www.artsait.ru/art/ch/chehonin/main.htm


Leave a Reply

16 − eight =