Arseniev Vsevolod

Moscow, Russia

08 05 1937

Карикатурист

Родился 8 мая 1937 г. в г. Москве.

Окончил Московский институт цветных металлов и золота в 1959 г. (факультет горной геологии).
Работал в экспедициях.

С 1962 г. работал сотрудником Отдела информации в газете «Комсомольская правда». Занимал должности: репортер, фотокор, спецкор. Спецкор журнала «Вокруг света» с 1968 по 1972 гг.
С 1972 г. совмещал должности заместителя ответственного секретаря и главного художника и далее был главным художником в газете «Комсомольская правда» до 1996 г.
Первую карикатуру опубликовал в «Литературной газете», в 1959 г.
Печатался в центральных изданиях с карикатурами на политическую тему: «Московские новости», «Новый мир», «Советский союз» и журналах АПН. Награжден двумя дипломами на всесоюзных выставках фотографии. Член Союза журналистов СССР.
БЭК 2010 г.

Он прекрасно пишет, рисует и фотографирует. Говорю это как многолетний свидетель, с Всеволодом Арсеньевым мы долго работали вместе в «Комсомольской правде», а сейчас сотрудничаем в газете «Московские новости». Формула со¬трудничества проста — в каждом номере на странице семь, где выступают политические обозреватели, должна быть и его карикатура на международную тему. Неважно, занят художник или свободен, хорошо ему в данный момент или плохо, в отпуске он или на бюллетене, карикатура должна поя¬виться, актуальная и остроумная. Художник может быть печален,  карикатура — непременно смешна.
Итак, рисование — лишь одно из проявлений этой много¬гранной творческой натуры. Как художник он тоже выступает в разных амплуа: иллюстрирует книги, делает коллажи и юмористические рисунки, участвует в макетировании «Комсомолки». Получается, что политическая карикатура — лишь часть его дела. Но это такая часть, которая равна целому. Я думаю, пора уже говорить о мире политических карикатур Всеволода Арсеньева. Каков он?
Но прежде все-таки другой вопрос: в каком мире мы живем? Порою кажется, что в безумном мире. Давно подсчитано, что в мировых арсеналах хватит термоядерного пороху, чтобы несколько раз уничтожить все живое — по три тонны на душу населения. Изобретено новое понятие «мегасмерть» — многосмерть, как будто одной смерти кому-то недостаточно. Если даже считать, что уничтожить жизнь на Земле — «разумная» цель, то зачем же ее уничтожать несколько раз? Это даже не абсурд, это абсурд в квадрате. В странном мире. Политики говорят о мире, сотрудничестве, взаимопонимании, разоружении. А военные бюджеты неудержимо растут, климат ужесточается, дуют ветры «холодной войны». Вроде бы горячей войны никто не хочет, а пропасть все ближе.
В перевернутом мире, где сущность часто обратив видимости, где лицедейство возведено в ранг политического искусства. Это мир-антимир.
Этот политический антимир и есть мир карикатур Всеволода Арсеньева.
Сатира взрывает равнодушие.
«Сон разума порождает чудовищ» — этим девизом Гойя снабдил свой офорт 43 из серии «Капричос». Чтобы чудови¬ща не рождались в нашем чудовищном мире, сатира пробуждает сознание и совесть людскую. Своими карикатурами Всеволод Арсеньев выявляет абсурдность, вздорность, «черный юмор» современной политической действительности. А теперь от вопроса «что?» перейдем к вопросу «как?». Как рисует Всеволод Арсеньев?
Каждое время рождает свой стиль. В войну карикатуры рази¬ли наповал, подобно пулям. Они рождали одно чувство — ненависть к врагу. Социальный заказ мирного времени шире, в нем больше цветов и оттенков. Ибо и отношения в мире сложней, полифоничней, диалектичней. Что, например, для нас такое — США? Великая держава. Идеологический противник. Страна, добившаяся немалых достижений в разных об¬ластях. Соперник. Партнер, с которым хочешь или не хочешь, а надо находить формулу сосуществования и вместе доби¬ваться безопасности… Полюсов уже не два, а гораздо боль¬ше. Сатира при всем ее естественном тяготении к заостре-нию тоже должна вбирать в себя эту многополюсность мира. И конечно,  нужно помнить об аудитории.
Газету «Московские новости» («Москоу Ньюс», «Нувель де Моску», «Новедадес де Моску», «Анба Моску») читают в СССР и США, в Индии и франции, на Кубе и в Сирии — она доходит до ста с лишним стран. Читатели разные, взгляды разные. Никто не обяжет ни одного из них глядеть на проис¬ходящее нашими глазами. Заставить зарубежного читателя нельзя, его можно только убедить, если достучаться до его разума и сердца. Любой пережим, предвзятость, односторонность опасны. Брутальный подход может оттолкнуть. Доверие обеспечивают широта взгляда, объективность, общечело-веческие критерии. Сатирик, претендующий на международную аудиторию, должен быть гуманистом.
Парадокс? Ничего подобного. Сатирик — все-таки врач, а не палач. Он лечит, а не калечит. В руках у него ювеналов бич, но во имя чего? Во имя гуманизма.  В газете, чья миссия заключается в проповеди и пропаганде мирного сосущество¬вания   и  дружбы народов, понятие гуманизма расшифровывается прежде всего этими политическими категориями. Читателям далеко не все нравится в «Московских новостях»— критические письма, увы, не редкость. Удивительно,  однако, единодушие, с которым люди, разделенные тысячами  кило¬метров (письма в редакцию приходят с самыми экзотическими обратными адресами), принимают карикатуры Всеволода Арсеньева. Значит, он верно выбрал свою фирменную  марку — в данном случае я говорю не о двух буквах, помещенных  обычно  в   правом нижнем углу рисунка, но  о   том, что является позицией, ракурсом, стилем художника-карикатуриста. Его сверхзадачей.
В предисловии к книге «Смех в древней Руси» академик Д. С. Лихачев с сотоварищами, в частности,   пишет:  «…смех имеет  и  некое   созидательное   начало… Разрушая,   он строит и   нечто  свое:   мир  нарушенных  отношений,   мир,   свободный от  условностей,  а  потому  в какой-то мере желанный  и  бес¬печный…   Смех   снимает   психологические   травмы,   облегчает человеку его трудную жизнь,  успокаивает и лечмт.    Смех    в своей   сфере  восстанавливает   нарушенные   в   другой сфере контакты  между  людьми, так  как  смеющиеся  –   это  своего рода   «заговорщики»,  видящие   и   понимающие   что-то   такое, чего они  не  видели до этого или  чего не  видят другие». Очень тонкое замечание. Мне лично в  нем     особенно    нра¬вится слово «заговорщики».
В годы вьетнамской войны всесильный шеф американской охранки Эдгар Гувер публично обзывал «заговорщиками» противников грязной авантюры. «Заговорщиками» называли тех, кто участвовал в миллионном (I) митинге в Нью-Йорке, устроенном в   канун  сессии Генеральной ассамблеи  ООН  по разоружению. Представляете, миллион «заговорщиков» сразу?! Реакция в разных странах шельмует «заговорщиками» самое широкое, независимое и естественное движение наших дней — миролюбивое движение всех тех, кто не хочет сми¬риться, закрыть глаза на сползание мира к опасной черте, за которой — ничто. Смешно, хотя и грустно.
А впрочем, может, это действительно «заговор»? «Заговор»  против беспечности, отчаяния и фатализма. «Заговор» честных людей против бесчестной политики и злобной пропаганды. «Заговор» общественности против тайной власти военно-промышленного комплекса. «Заговор» против заговора. «Заговор» против гонки вооружений. «Заговор» против войны. «Заговор» во имя  выживания  человечества. Придется признать, что наш художник, безусловно, участвует в этом «заговоре» нормальных людей против ненормального хода  событий. Своими карикатурами он  посылает сигналы, и газета разносит их в разные уголки Земли: «Люди, пробудитесь, сбросьте шоры, разорвите пелену обмана. Посмотрите, как это смешно, когда милитаристы называют себя миротворцами. Люди, будьте бдительны!» Может ли юмор спасти мир?
Во всяком случае, он может помочь людям увидеть вещи в реальном свете и оценить всю серьезность ситуации. Он восстанавливает истину и критерии человечности. Он помогает людям осознать себя частью человечества. Он вселяет в сердца немножко надежды и оптимизма.
Александр Пумпянский

СБОРНИК Карикатур В.Арсениева “Кто есть кто”.
Изд “советский художник”, Москва 1986

 


Leave a Reply

five × 3 =