Agin Alexandr

Saint Petersburg, Russia; Kiev, Ukraine

Graphic artist, illustrator

1817, Новоржевский уезд, Псковская губ. – 1875, с. Качановка, Черниговская губ.
Александр Агин и его младший брат Василий были незаконными сыновьями офицера-кавалергарда А. П. Елагина, который смог дать обоим лишь свою усеченную фамилию. В 1834 г. братья приехали в Петербург поступать в АХ, но принят был только старший. Он обучался по классу исторической живописи у К. П. Брюллова, однако живописцем не стал: выпущен был в 1839 г. со званием рисовального учителя, а свою творческую судьбу связал с графикой.
Призванием Агина оказалось иллюстрирование современной ему русской литературы, преимущественно сатирической. В середине 1840-х гг. он проиллюстрировал повесть “Злой человек” Е. П. Гребенки, очерк “Петербургский фельетонист” И. И. Панаева, поэму “Помещик” И. С. Тургенева. Эта работа сблизила его с художником-гравером Е. Е. Бернардским, который для печати отлично переводил его рисунки в гравюры на дереве. Вместе они создали первые иллюстрации к “Мертвым душам” Н. В. Гоголя. По их замыслу 100 больших и 100 малых рисунков должны были сопровождать второе издание поэмы, но автор неожиданно отказал в ее переиздании, и пришлось ограничиться только 100 большими иллюстрациями и издавать их без текста, отдельными выпусками, по 4 рисунка в каждом. Так, в конце 1846-го и начале 1847 г. вышли в свет 72 иллюстрации (а все 100 – только в 1892 г.). Они имели немалый успех и до сих пор остаются лучшими из всех попыток проиллюстрировать поэму. Их сила и обаяние – в ярких типах, очерченных гротескно, но не теряющих жизненности. Социальная заостренность психологических и бытовых характеристик, пластическая ясность и цельность композиции придают образам, созданным художником, значительную широту обобщения и обличительную силу.
Ничего подобного Агину сделать больше не удалось. Он перебивался мелкими заказами для журналов, впал в бедность. В 1853 г. переехал в Киев, где преподавал рисование в Кадетском корпусе, а также подрабатывал в театре – бутафором и гримером. Потом нашел приют в Качановке – имении богача, коллекционера и мецената Г. С. Тарновского. Там он и умер.
Александр Алексеевич Агин (1817 – 1875) был близок к передовым революционно-демократическим литературным кругам – к Некрасову, Белинскому, Панаеву. В 1844 году мы видим его помещающим иллюстрации в «Литературной газете», в которой в это время деятельно сотрудничал Некрасов; в 1843 – 1844 годах Агин иллюстрирует в известном некрасовском сборнике «Физиология Петербурга» «физиологический очерк» Панаева «Петербургский фельетонист», а в последовавшем вслед за тем «Петербургском сборнике» Некрасова помещает блестящие иллюстрации к стихотворной поэме И. С. Тургенева «Помещик». В качестве иллюстраций к поэме Агин дал ряд ярчайших сценок с изображением уездных типов, самого помещика, его окружения, усилив, в сравнении с текстом, сатирическую трактовку отдельных образов. «Смотря на картины Агина, – писал Белинский, – невольно вспомнишь стих Пушкина: «Здесь русский дух, здесь Русью пахнет!». Его картинки к «Помещику» – загляденье.
Сборники Некрасова были средоточием произведений передовой реалистической литературы. К их иллюстрированию Некрасов широко привлекал художников, в первую очередь Агина. Успехам «натуральной школы» (то есть реалистического направления) в литературе сопутствовали, таким образом, и достижения реалистической иллюстрации. Понимание Агиным задач и целей иллюстрационного искусства стоит в непосредственной связи со взглядами революционно-демократической критики и в первую очередь Белинского.
Сатирический талант Агина, отданный на служение общественным целям, получил свое высшее развитие в иллюстрациях к поэме Гоголя «Мертвые души» (1846 – 1847). Эти иллюстрации, резанные на дереве самым талантливым ксилографом того времени Е. Е. Бернардским, были большим общественным событием. Глубоко понимая и ценя художественное значение иллюстраций Агина, Бернардский, пользуясь специфическими средствами ксилографии, не только сохранил, но иногда и усиливал выразительность агинских образов.
В ноябре 1846 года Агин и Бернардский приступили к изданию иллюстраций к «Мертвым душам» отдельными выпусками, так как Гоголь отказал художникам в праве осуществить самостоятельное иллюстрированное издание «Мертвых душ»; в это время, он уже отрекся от своего величайшего произведения – первой части «Мертвых душ» – в том понимании, в каком восприняли ее Белинский и вся передовая русская общественность. Агин со всей силой большого таланта отразил в своих иллюстрациях прежде, всего сатирическое содержание гениальной поэмы и с огромным мастерством воплотил образы основных героев «Мертвых душ» – Чичикова, Собакевича, Плюшкина, Ноздрева и других. Художественная выразительность и убедительность этих образов столь велика, что они в сознании читателей как бы слились с поэмой, стали неотделимы от нее. Вслед за Гоголем Агин вскрыл вопиющие социальные противоречия крепостнического строя. Иллюстрируя поэму, он стремился изобразить героев Гоголя крупным планом, показать их в действии, раскрыть их характеры в ряде последовательно сменяющих одна другую иллюстраций. От рисунка к рисунку раскрывает Агин все новые и новые отрицательные черты в характере героев поэмы, последовательно разоблачая их социальную сущность. Таков, например, цикл агинских рисунков, воспроизводящих в разных стадиях знаменитую сцену разговора Чичикова с Собакевичем.
Глубокое понимание социальной сущности поэмы Гоголя проявил Агин в иллюстрациях к «Повести о капитане Копейкине». Тема социальной несправедливости получила, в них яркое и острое истолкование.


Leave a Reply

fifteen − two =