Межавилкс Удис / Mezhavilks Udis

Карикатурист

 

14.08.1929 – …

 

Итак, перед вами альбом с рисунками Удиса Межавилкса. Какого Межавилк­са?.. Естественно, Межавилкса с хуто­ра «Межавилкс». Того самого, кото­рый родился на этом хуторе, дай бог памяти, 14 августа 1929 года. Это вам тоже ничего не говорит?.. Ну, сына Кристапа Межавилкса с хутора «Ме­жавилкс».., внука и правнука Межа-вилксов с хутора «Межавилкс»,.. Тоже не знаете?.. В таком случае невольно возникают сомнения, являетесь ли вы читателем журнала сатиры и юмора «Дадзис», который издается в Риге уже свыше двенадцати лет (тираж 70 000, подписная цена за 24 номера в год — 4 рубля 80 копеек). Развернув любой из вышедших до сих пор трехсот номеров этого журнала, вы обязательно нашли бы там один или даже несколько рисунков популярного в Латвии карикатуриста. А ознакомив­шись хотя бы с одной работой Ме­жавилкса, даже малосведущий в искус­стве человек в дальнейшем всегда без­ошибочно отличит его карикатуры от сотен других.

Во избежание возможных ехидных улыбок сразу же оговорюсь. Афоризм «Художник ликовал преждевременно: его произведения узнавали без подпи­си только потому, что он повторялся» ни в тсоей мере к автору сборника не относится. Просто-напросто у Межа­вилкса  есть то,  что  отличает подлин-ного мастера от самого искусного ре­месленника,— свой собственный стиль. Стиль оригинальный, самобытный, очень близкий в своей основе стилю народных умельцев Латвии. Что же касается тематики рисунков, то она широка и разнообразна. Следу­ет отметить, что большинство тем при­думано самим художником. Более то­го, он щедро одаряет темами многих своих   коллег.

Типаж карикатур Межавилкса, как правило, составляют круглолицые лю­ди среднего роста, выше средней упитанности. Некоторыми своими внешними чертами они похожи на сво­его создателя. Однако далеко не все они столь же добродушны. Встречают­ся среди них и такие, которых отнюдь не назовешь героями нашего времени. Но даже в своих сатирических рисун­ках художник скорее добр, нежели зол, смеется, а не высмеивает. Если применить в сатире ту же классифи­кацию, что и в медицине, то Межа-вилкс более карикатурист-терапевт, чем хирург. В своей практике он уме­ло использует весьма сильнодействую­щее лекарство — смех. Смех не язви­тельный, не обидный для пациента, а такой, который заставляет человека пристальнее взглянуть на себя и свои деяния со стороны и заметить то, чего он раньше, возможно, не замечал. Вот, к примеру, рисунок «Первый зво­нок», приуроченный к началу учебного года. Любвеобильная мамаша, погла­живая по головке сыночка, дает по телефону «наказ» директору школы: «Учтите, мой Леонардик не такой, как все остальные дети». Коротко и ясно! Один остроумный рисунок, пожалуй, может принести больше пользы, неже­ли назидательная лекция, густо на­шпигованная цитатами из трудов о воспитании детей и родителей. Конечно, было бы весьма заманчиво, следуя укоренившейся традиции, кра­сочно живописать здесь о том, что та-лаант нынешнего руководителя секции сатириков-карикатуристов латвийского Союза художников и делегата всесоюз­ного съезда художников Удиса Межа­вилкса был замечен и взлелеян еще в раннем детстве. Увы, чего не было, того не было. Суровая и во многом обособленная от окружающего мира хуторская жизнь крестьян в буржуаз­ной Латвии мало способствовала вы­явлению молодых дарований. ного мастера от самого искусного ре­месленника,— свой собственный стиль. Стиль оригинальный, самобытный, очень близкий в своей основе стилю народных умельцев Латвии. Что же касается тематики рисунков, то она широка и разнообразна. Следу­ет отметить, что большинство тем при­думано самим художником. Более то­го, он щедро одаряет темами многих своих   коллег.

Типаж карикатур Межавилкса, как правило, составляют круглолицые лю­ди среднего роста, выше средней упитанности. Некоторыми своими внешними чертами они похожи на сво­его создателя. Однако далеко не все они столь же добродушны. Встречают­ся среди них и такие, которых отнюдь не назовешь героями нашего времени. Но даже в своих сатирических рисун­ках художник скорее добр, нежели зол, смеется, а не высмеивает. Если применить в сатире ту же классифи­кацию, что и в медицине, то Межа-вилкс более карикатурист-терапевт, чем хирург. В своей практике он уме­ло использует весьма сильнодействую­щее лекарство — смех. Смех не язви­тельный, не обидный для пациента, а такой, который заставляет человека пристальнее взглянуть на себя и свои деяния со стороны и заметить то, чего он раньше, возможно, не замечал. Вот, к примеру, рисунок «Первый зво­нок», приуроченный к началу учебного года. Любвеобильная мамаша, погла­живая по головке сыночка, дает по телефону «наказ» директору школы: «Учтите, мой Леонардик не такой, как все остальные дети». Коротко и ясно! Один остроумный рисунок, пожалуй, может принести больше пользы, неже­ли назидательная лекция, густо на­шпигованная цитатами из трудов о воспитании детей и родителей. Конечно, было бы весьма заманчиво, следуя укоренившейся традиции, кра­сочно живописать здесь о том, что та-лаант нынешнего руководителя секции сатириков-карикатуристов латвийского Союза художников и делегата всесоюз­ного съезда художников Удиса Межа­вилкса был замечен и взлелеян еще в раннем детстве. Увы, чего не было, того не было. Суровая и во многом обособленная от окружающего мира хуторская жизнь крестьян в буржуаз­ной Латвии мало способствовала вы­явлению молодых дарований.

Удис, как и его сверстники, пас ко­ров, косил траву, запасал дрова на зиму и впервые переступил порог шко­лы только в возрасте 9 лет. А менее чем через три года ему и родным до­велось, спасаясь от фашистских окку­пантов, под разрывы бомб надолго по­кинуть латышскую землю. Несмотря на трудности военного вре­мени, к эвакуированным отнеслись ра­душно. В одном из ремесленных учи­лищ города Иванова для обучения под­ростков было организовано несколько латышских групп. В одной из них учился и Межавилкс. Видимо, успехи

его в слесарном деле были далеко не обнадеживающими, ибо однажды мас­тер произнес фразу, смысл которой был приблизительно таков: — Ты, Удис, парень хороший, но сле­саря из тебя не получится. Переква­лифицируйся лучше в художники! Добрые люди, заметившие склонность Удиса к рисованию шаржей на них, стали хлопотать о его судьбе. В их числе был и Герберт Ликумс, который сейчас работает художником на Риж­ской киностудии. Он собрал все необ­ходимые бумаги и отправил в Москву. Вот так в суровом 1943 году Удис ока­зался учеником Московской средней художественной школы. К способному пареньку, с трудом изъ­яснявшемуся на русском языке, здесь было проявлено большое внимание. Очень тепло вспоминает Межавилкс многих своих учителей. Сразу же по окончании школы Удис был зачислен в Академию художеств Латвийской ССР. Удис Межавилкс с хутора «Межавилкс», сын Кристапа Межавилкса с хутора «Межавилкс» стал учеником виднейших художни­ков. Искусству рисунка его обучал на­родный художник Латвии Карл Миес-ниекс, живописи — Калниньш и многие Другие.

С чьей-то легкой руки бытует мнение о том, что юмористы, как правило, весьма мрачные люди, шутки у кото­рых рождаются в тяжких муках и омы­ваются потоками невидимых миру слез. Избавиться от этого предрассуд-; ка легче легкого. Познакомьтесь с Удисом Межавилксом, и вы пополните спи­сок своих друзей веселым, человеком, щедро излучающим оптимизм.

Ц. МЕЛАМЕД

1969


Leave a Reply

13 − eight =